Последний рейс

Свет в салоне погасили через сорок минут после взлёта. Марина достала маску для сна, надела её и честно пролежала одиннадцать минут.

— Вы тоже считаете? — спросил сосед справа.

— Что считаю?

— Минуты. Я досчитал до одиннадцати и понял, что вы дышите как человек, который не спит.

Она сняла маску. В темноте лицо соседа было почти не видно — только очертания и отражение экрана на скуле.

— Обычно люди в этот момент делают вид, что заняты, — сказала она.

— Обычно да, — согласился он. — Но нам ещё девять часов, и у меня закончилась книга.

Марина повернула голову к иллюминатору. Внизу тянулась чёрная равнина без единого огня — как будто самолёт летел не над страной, а над листом бумаги, на котором ещё ничего не написали.

— Хорошо, — сказала она. — Но если разговор будет скучным, я снова надену маску.

— Справедливо.

Позже она пыталась вспомнить, о чём именно они говорили в первый час, и не смогла. Зато помнила, что за всю ночь ни разу не посмотрела на время.